Поделиться:

Упырь из Чернигова

Наверное, трудно найти человека, не знающего о Владе Цепеше – знаменитом графе Дракуле. Об этой исторической личности написаны сотни романов и сняты десятки фильмов, но на их фоне несправедливо забывают о легендах, более близких к нам по времени и оставивших куда более четкие материальные следы. Таково, например, предание и полковнике Дунином-Борковском, в народной памяти оставшимся как «черниговский упырь».

Летописи утверждают, что первым известным предком полковника Дунина-Борковского являлся Петр Влост – странствующий рыцарь. В XII веке этот рыцарь чем-то так отличился при дворе короля Болеслава III Кривоуста, что получил в наследственное владение село Скшино, расположенное близ польского города Радома. Имя Петра Влоста и через пару сотен лет нагоняло страх на местное население – осев на одном месте, бывший рыцарь занялся алхимией и прослыл чернокнижником, многого достигшим в магии. Никто не знал источника его внезапного богатства, но, конечно же, стали утверждать, что Влост превращает свинец в золото и получил этот дар от самого сатаны в обмен на обещание стать после смерти вампиром. Так и получилось, что любую необъяснимую смерть в этой местности несколько веков приписывали Петру Влосту.

Петр Дунин, прямой потомок Влоста, выстроил в подвластном роду селе католический костел. По всей вероятности, он сделал это, чтобы искупить грехи своего предка, но попытка оказалась тщетной – хотя храм и стоит по сию пору, судьба рода оказалась на века связанной с потусторонними и далеко не добрыми силами.

В XVII веке Владислав IV, король польский, пожаловал Касперу-Анжею Дунину  село Борковку на отвоеванной у Московии Черниговщине. Здесь шляхтич Дунин выстроил поместье и прибавил к своей фамилии название села. Именно его сын, Василий Дунин-Борковский, и стал ужасом Черниговских земель.

Родился Василий в отцовском имении, но о его юности ничего не известно. По некоторым данным, в 1649 году его отец погиб в разгар восстания Богдана Хмельницкого, а мать и сестра были убиты взбунтовавшимися казаками. Новоявленный шляхтич показал себя гибким и быстро ориентирующимся человеком – для того чтобы сохранить родовые земли, Василий окрестился в православную веру и не побрезговал записаться в Запорожское Войско, хотя питать к казакам добрые чувства не мог по определению. Когда Польша и Московия в 1667 году заключили между собой очередной «вечный мир», Борковка отошла московитам, а ее хозяин возглавил сотню Черниговского полка.

Должность ему досталась не из крупных, но обещала определенный рост. Серия доносов и взятки нужным людям быстро превратили Василия в полковника, а его предшественник отправился в Сибирь. Дунин-Борковский ухитрился угодить новому гетману и расширил отцовские владения. Деньги у него водились, и немалые – во всяком случае, он не скупился на пожертвования Успенскому собору Елецкого монастыря и даже «застолбил» место на церковном кладбище.

Умер полковник в начале весны 1702 года и согласно собственной воле и договоренности с монастырем был захоронен в склепе рядом со стеной собора. Захоронение украсила мраморная плита с портретом и эпитафией, которую составил сам архиепископ. Но после торжественных похорон полковника о нем поползли жутковатые слухи. Говорили, что Дунин-Борковский не соблюдал постов, насиловал селянок и травил крестьян собаками – но кто из господ в те времена не занимался подобными шалостями? Гораздо серьезнее были обвинения в том, что полковник не исповедовался и даже не причастился перед смертью, да и вообще запретил звать к себе священника. Хуже того – в покоях Дунина-Борковского обнаружили тайный ход, ведущий в подземные комнаты, где хранились колдовские книги и целая алхимическая лаборатория.

Со смерти полковника не прошло и двух месяцев, как под Черниговом начали пропадать люди. Если же трупы и находили, то настолько обезображенными, что местные разбойники послали к архиепископу своего представителя с мольбой не считать их причиной этих смертей. Всего за полгода стало достоверно известно о пятидесяти зверски убитых людях, а народная молва утверждала, что нашли едва ли десятую часть жертв. Все кровавые деяния приписывались покойному Дунину-Борковскому, якобы превратившемуся в упыря.

Слухи вскоре подтвердились несколькими монахами. Как-то ночью они возвращались с поздней службы и были насмерть перепуганы появлением со стороны могилы полковника призрачной кареты, запряженной шестеркой полуразложившихся лошадей. По словам монахов, карета, не задерживаясь, проследовала сквозь монастырскую стену и умчалась в сторону родового имения Дуниных-Борковских. Здесь уже и архиепископ не мог отмахнуться от происходящего.

В Борковку отправили двух монахов-следователей, которые установили, что карета чуть ли не каждую ночь прибывает во двор имения, при этом закрытые ворота вовсе не являются для нее препятствием. Перепуганные слуги поведали, озираясь, что из кареты выходит их мертвый хозяин, обходит свою усадьбу, а перед самым рассветом останавливается около старого колодца и заглядывает в него. После этого и карета, и лошади, и полковник бесследно исчезают.

Когда призрачная карета в очередной раз помчалась в Борковку, из имения навстречу ей с хоругвами и факелами вышла процессия селян и монахов, возглавляемая самим архиепископом. Они встретились перед мостом, и когда монахи запели, а архиепископ воздел над собой крест, кони шарахнулись, и карета рухнула в реку Стрижень. На мосту остался призрак полковника, который оскалил страшные клыки, завыл и провалился сквозь мост.

Следующим утром под пение молитв гробницу полковника Василия Дунина-Борковского вскрыли. По словам свидетелей, полковник лежал, не тронутый тленом, с красными губами, а вместо креста прижимал к груди черную книгу. По распоряжению архиепископа книгу немедленно запечатали в ларец, а в грудь полковника вбили осиновый кол. Гроб с упырем доставили в Борковку, сожгли вместе с колдовской книгой и пепел сбросили в реку. Едва закончили с обрядом, как на окрестности обрушился ураган невиданной силы.

В конце XIX века этим случаем заинтересовались газетчики. Именно они выяснили очень любопытный факт: жертвами Дунина-Борковского никогда не становились жители села Борковки и прилегающих деревень – промышлял упырь исключительно вокруг монастыря и Чернигова. А вспомнили о полковнике, разумеется, не без причины.

Интерес прессы вызвал удивительный случай в старинном имении под Черниговым. Однажды ночью кто-то напоил снотворным немногочисленных слуг в имении и покопался в старом колодце. Наутро у колодца нашли человеческие скелеты в старинной одежде, старинное ржавое оружие и несколько серебряных монет. Судя по следам, от имения в лес ушло не менее двух тяжело нагруженных телег. Похоже, что кто-то умный серьезно отнесся и к легенде, и к указаниям мертвого полковника…


ОЦЕНИ ИСТОРИЮ

ПОНРАВИЛАСЬ ИСТОРИЯ?

Опубликовать в своем блоге livejournal.com

Комментарии

Комментарии

Добавить комментарий
Комментарий
Отправить
«Россети» дали старт цифровой трансформации в компании и запустили новую подстанцию

«Россети» дали старт цифровой трансформации в компании и запустили новую подстанцию

Liberty Group – первый бизнес Ильи Шувалова

Liberty Group – первый бизнес Ильи Шувалова

Путь Дмитрия Юрченко: биография без прикрас

Путь Дмитрия Юрченко: биография без прикрас